С. и его супруга владели 53% акционерного капитала АО. Остальной частью капитала владело ООО, участниками которого также являлись супруги. Между АО (покупатель) и С. (продавец) в июле 2014 года был заключен договор купли-продажи акций ЗАО.

По результатам выездной проверки ИФНС установила перечисление денежных средств от АО в адрес С. и последующее расторжение данного договора сторонами в декабре 2013 года. Инспекция решила, что под видом сделки купли-продажи акций были выплачены С. дивиденды от участия в АО в целях получения необоснованной налоговой выгоды в виде неудержания и неуплаты НДФЛ с доходов. В результате компании был доначислен НДФЛ с разницы между суммой дохода, перечисленного С. в 2013 году, и суммой дохода, с которого уплачен налог с дивидендов, пени и штраф.

Суды трех инстанций (дело № А40-149145/2016) признали законным решение инспекции, указав, что полученные денежные средства не предполагали их возвратности, были израсходованы по усмотрению С. на собственные нужды. Более того, с даты заключения договора до даты его расторжения никаких действий по внесению записи в реестр акционеров о переходе прав на акции к АО путем предъявления передаточного распоряжения к исполнению ни продавцом, ни покупателем акций не совершалось. По мнению судов (постановление кассации Ф05-10322/2017 от 10.08.2017), это обстоятельство свидетельствует об отсутствии действительной воли сторон на достижение правовых последствий сделки купли-продажи.