ООО «А» (займодавец) заключило с ООО «Г» и ООО «П» (заемщиками) договоры займа. На суммы займов были начислены проценты, учтенные компанией в доходах.

Приговором районного суда директор ООО «А» привлечен к уголовной ответственности по части 4 статьи 159 УК - мошенничество с использованием служебного положения в особо крупном размере. Он заключал договоры займа с подконтрольными ему фирмами для вывода денежных средств компании и распоряжения ими по своему усмотрению без намерения возврата. Всего перечислено почти 1,5 млрд рублей.

После этого компания исключила проценты из доходов и представила в инспекцию уточненную декларацию по налогу на прибыль, заявив убыток почти 12 млн рублей и к уменьшению сумму налога в размере 1,8 млн рублей. По результатам камеральной проверки инспекция восстановила доход и налог. По мнению инспекции, в приговоре суда отсутствует вывод о том, что заключенные договоры займа являются ничтожными - спорные сделки по представлению займов не оспорены и не признаны недействительными.

Суды трех инстанций (дело № А32-29496/2016) отменили решение инспекции, признав, что фактически денежные средства налогоплательщика похищены путем мошеннических действий директора, а не выбыли в результате предоставления их в заем, договоры заключены с целью с целью хищения денежных средств.

Проценты отражались компанией в составе внереализационных доходов по методу начисления, при этом фактически денежные средства не поступали. После установления факта мошенничества отпали основания для начисления процентов, и уточненка представлена правомерно.

В решении кассации (Ф08-3148/2017 от 13.06.2017) указано: «обстоятельства, установленные приговором … суда …, вынесенного в отношении бывшего генерального директора общества …являются достаточным основанием для квалификации спорных сделок как недействительных, ввиду их ничтожности, и корректировки в связи с этим налоговых обязательств общества».