Европейский суд по правам человека не принято считать значимым институтом в сфере налогового права. Однако с каждым годом число принятых им налоговых решений увеличивается. В результате суд потихоньку становится законодателем по налоговым вопросам.

В начале прошлого года Европейский суд по правам человека (ЕСПЧ) взыскал с властей Украины, препятствующих возмещению НДС, в пользу предприятия "Интерсплав" денежную компенсацию в размере 25 000 евро и возмещение судебных издержек. Это был не первый налоговый спор, рассмотренный ЕСПЧ. В частности, в 2006 году ЕСПЧ заявил о неправомерности отказа греческого правительства выплатить проценты за несвоевременный возврат переплаты по налогу.

Поставщиков под контроль!

Задержки с возмещением НДС и отказы по надуманным причинам - одна из наиболее значимых налоговых проблем для компаний. Практически за каждым возмещением налога из бюджета фирмам приходится обращаться в суд. "В результате возобладал судебный, а не административный порядок возмещения НДС, причем в спорах судьи нередко больше беспокоятся об общем благе, чем о соблюдении принципа состязательности", - отмечает Вадим Зарипов, эксперт по налогам юридической компании "Пепеляев, Гольцблат и партнеры".

Проблема вычета НДС в случае его неуплаты в бюджет контрагентами налогоплательщика является актуальной не только для России, но и для стран Европейского союза. Чтобы решить эту проблему, Суд европейских сообществ, к компетенции которого относится рассмотрение споров, вытекающих из 6-й директивы Евросоюза по НДС, выработал новую позицию. "Согласно ей налогоплательщик не может нести ответственность за действия своих контрагентов, не уплативших налог в бюджет, если только он не знал или имел разумные основания полагать, что НДС не будет уплачен в бюджет, - говорит Татьяна Залунина, руководитель юридического департамента "BKR-Интерком-Аудит". - Таким образом суд приходит к выводу, что право компании на установленный законом вычет не должно попадать в зависимость от недобросовестности ее контрагента".

В решении от 12 января 2006 года Европейский суд справедливости (Суд ЕС) сделал вывод, что каждый налогоплательщик отвечает за свои налоги, однако бывают и исключения из общего правила. Солидарная ответственность за поставщика возможна, если есть признаки, что компания действовала слишком неосмотрительно при выборе контрагента, есть косвенные признаки их сговора или поставщик является карманной фирмой налогоплательщика. "Несмотря на то что решения Суда ЕС для России необязательны, этим решением судьи живо интересуются как примером европейского опыта, когда мы на него ссылаемся, - рассказывает Вадим Зарипов. - Например, оно было учтено при подготовке пункта 10 постановления пленума ВАС от 12 октября 2006 г. N 53 о проверке обоснованности налоговой выгоды. Во-первых, проблемы одни и те же: каждый год Евросоюз теряет десятки миллиардов евро от мошенничества с НДС. Во-вторых, 6-я директива ЕС о принципах взимания НДС принималась во внимание при подготовке российского законодательства о налоге на добавленную стоимость. В-третьих, некоторые арбитражные суды в России и ранее придерживались подобного подхода". Поэтому, учитывая евростандарты и неутихающую российскую борьбу с фирмами-однодневками, компаниям необходимо на этапе выбора поставщиков проверять их юридический статус, деловую репутацию и экономическую состоятельность.

Контрагент не виноват

Заседающий в Люксембурге Суд европейских сообществ является органом ЕС. В связи с этим его юрисдикция не распространяется на Россию. "Решения суда не являются обязательными для нашей страны, так же, как и нормативные документы ЕС. К слову, именно на этих документах (конкретно - на Sixth VAT Directive), а не на Конвенции о защите прав человека и основных свобод основывался суд, признавая недопустимым отказ в возмещении НДС в случае неуплаты налога партнерами налогоплательщика, - разъясняет эксперт службы Правового консалтинга ГАРАНТ Олег Москвитин. - При этом суд оговорился, что речь идет о компаниях, которые не знали и не должны были знать о махинациях своих поставщиков (решение от 12 января 2006 г. по объединенным делам C-354/03, C-355/03 и C-484/03)".

Схожая позиция зафиксирована и в актах высших судебных органов России. Например, в определении КС от 16 октября 2003 г. N 329-О говорится, что Конституция не возлагает на налогоплательщика ответственность за действия всех организаций, участвующих в многостадийном процессе уплаты и перечисления налогов в бюджет. В постановлении пленума ВАС от 12 октября 2006 г. N 53 уточняется, что факт нарушения контрагентом компании налоговых обязанностей сам по себе не является доказательством получения необоснованной налоговой выгоды (например, в виде вычета по НДС). Налоговая выгода может быть признана необоснованной, если будет доказано, что организация действовала без должной осмотрительности и ей должно было быть известно о нарушениях, допущенных контрагентом. Аналогично, если доказано, что деятельность компании направлена на совершение операций преимущественно с контрагентами, не исполняющими налоговых обязанностей. "Именно этими разъяснениями высоких судебных инстанций России стоит руководствоваться при возникновении споров с налоговыми органами", - добавляет Олег Москвитин.

На первый взгляд такая позиция имеет определенную схожесть с выработанной ЕС позицией, считает Татьяна Залунина: "Однако при ближайшем рассмотрении российский и европейский подходы имеют существенные отличия. Принципиальной разницей российского подхода от европейского является незакрепленное на законодательном уровне возложение на налогоплательщика дополнительного бремени - налогового контроля за действиями своих контрагентов. При этом если налогоплательщик заключает сделки со своими аффилированными лицами, получается, что он автоматически подпадает под риск признания его недобросовестным со всеми вытекающими последствиями".

На ЕС надейся, сам не плошай

При вынесении решений российские арбитражные суды обязаны учитывать разъяснения, приведенные ВАС в постановлении N 53, поскольку разъяснения ВАС имеют для нижестоящих арбитражных судов высшую юридическую силу. "Обязанности учета российскими арбитражными судами решений ЕС, безусловно, не возникает, поскольку Россия не является членом Евросоюза, - разъясняет Татьяна Залунина. - ЕСПЧ не является высшей инстанцией по отношению к судебной системе государства - участника европейской Конвенции о защите прав человека и основных свобод. И тот факт, что Россия поддержала конвенцию, данную норму не меняет. При этом если в результате рассмотрения конкретной жалобы будет установлено нарушение требований конвенции, Европейский суд по правам человека вправе присудить "справедливое удовлетворение претензии" в виде финансовой компенсации материального ущерба и морального вреда, а также возмещение выигравшей стороне всех издержек и расходов"".

Российский бизнес в отличие от граждан пока не является частым гостем в Страсбурге. "Однако дело "ОАО "Плодовая компания" против РФ", например, свидетельствует, что исключать возможность нового спора власти и предпринимателя в ЕСПЧ нельзя, - уверен Олег Москвитин. - Кроме того, российские налогоплательщики вправе ссылаться на решения ЕСПЧ при оспаривании действий инспекторов на родине".

В силу Венской конвенции о праве международных договоров 1969 года, в которой участвует Россия, при толковании международного договора должна учитываться последующая практика его применения. Практика применения и толкования конвенции создается ЕСПЧ. Именно поэтому в постановлении от 10 октября 2003 г. N 5 пленум Верховного суда требует от судей применять конвенцию с учетом практики ЕСПЧ. Информационным письмом ВАС от 20 декабря 1999 г. N с1-7/смп-1341 судьи также ориентируются на соблюдение ряда стандартов ЕСПЧ.

"Европейский суд по правам человека создан с целью соблюдения Конвенции о защите прав человека и основных свобод, он находится в Страсбурге, его решения обязательны для всех государств, присоединившихся к конвенции, в том числе для России. Решение ЕСПЧ против Украины обязательно для российских государственных органов - они обязаны предпринять меры, чтобы не допускать необоснованных отказов и задержек, подобных украинским. Это относится и к налоговым органам, и к арбитражным судам", - полагает Вадим Зарипов. На практике лучше надеяться не на европейскую помощь и многолетние обещания российского правительства, а на действенные экономические санкции против конкретных налоговых инспекций - взыскание процентов за необоснованную просрочку возврата, взыскание государственной пошлины и судебных расходов в случае положительного завершения конкретного судебного процесса. Только такие экономические стимулы, а не административные регламенты способны заставить налоговые органы уважать закон и права налогоплательщиков и не доводить явно бесперспективное дело до суда.