Бюджеты регионов недополучают миллиарды рублей из-за введенной в марте антикризисной нормы об учете курсовых разниц, заявили в Совфеде. Укрепление рубля позволило компаниям сэкономить на налоге на прибыль, утверждают сенаторы.

Спикер Совета Федерации Валентина Матвиенко считает необходимым скорректировать принятую в 2022 году антикризисную норму налогового законодательства об учете курсовых разниц. Такое заявление она сделала в среду, 30 ноября, на заседании палаты (РБК следил за трансляцией). Глава Минфина Антон Силуанов заверил, что ведомство занимается этим вопросом.

В рамках рассмотрения проекта федерального бюджета на 2023-2025 годы сенатор Андрей Клишас задал Силуанову вопрос о потерях региональных бюджетов, которые возникли из-за применения временной нормы об учете курсовой разницы при расчете налогооблагаемой базы по налогу на прибыль организаций. «Минус 37 млрд руб. на курсовой разнице, причем проблема обострилась в последнее время, когда письма Минфина поясняющие были разосланы», — сказал сенатор, имея в виду Красноярский край, который он представляет в Совете Федерации.

Речь идет о норме, принятой в конце марта в рамках налогового пакета мер по поддержке экономики в условиях санкций. В 2022-2024 годах компании получили возможность не учитывать положительную курсовую разницу по еще не погашенным кредитным обязательствам в валюте или валютным депозитам. Положительная разница возникает по валютным депозитам предприятия в результате ослабления рубля, а по валютным обязательствам — в результате его укрепления, и раньше она должна была ежемесячно учитываться в доходах для целей расчета налога на прибыль. Согласно мартовскому закону в ближайшие годы положительная курсовая разница формируется только при погашении обязательства или права требования.
adv.rbc.ru

Мера принималась с целью исключить влияние колебаний курса рубля на обязательства по уплате налога на прибыль. «Никакой прибыли нет, это бумажная прибыль (в результате переоценки валютных активов из-за ослабления рубля до 100 за доллар и выше. — РБК), а налог-то на прибыль надо платить. Вот этот вопрос в законе решен», — говорил весной глава комитета по бюджету и налогам Госдумы Андрей Макаров.

Требования к регионам вернуть переплаченный налог

Клишаса поддержала Матвиенко, по словам которой, налоговые службы рассылают сейчас региональным властям «письма счастья» о необходимости вернуть «переплаченные доходы». Она уточнила, что проблема актуальна не только для Красноярского края, но и для Тюменской, Омской областей, других регионов. «Это же не 2-3 млрд, это огромные суммы выпадают, это бюджеты регионов просядут», — подчеркнула она. Предприятия декларируют переплату налога на прибыль, потому что за первый квартал заплатили налог по старым правилам (норма о приостановке ежемесячного признания положительной курсовой разницы была введена ретроактивно с 1 января 2022 года).

По мнению Матвиенко, необходимо незамедлительно приостановить действие этой нормы закона либо дать правительству право регулировать ситуацию в зависимости от курса рубля.

Как рассказал РБК член Совфеда по бюджету и финансовым рынкам, сенатор от Тюменской области Павел Тараканов, из-за применения нормы о курсовых разницах регион, по предварительной оценке, недополучит 40 млрд руб. доходов — это «острая проблема».

РБК направил запросы в Минфин и ФНС.

Тонкости налога на прибыль

Налог на прибыль организаций рассчитывается по ставке 20%: до 2031 года 3% идет в федеральный бюджет, а 17% — в региональный (после 2030 года распределение должно вернуться к соотношению 2% и 18%). Налог на прибыль является одним из трех налоговых источников доходов региональных бюджетов наряду с НДФЛ и имущественными налогами. По агрегированным данным Минфина за январь—август 2022 года (более поздних нет), налог на прибыль обеспечил 35% собственных доходов региональных бюджетов (3,6 трлн из 10,3 трлн руб.).

В Красноярском крае за январь—октябрь собрано 227,7 млрд руб. налога на прибыль — 61% совокупных доходов. В Тюменской области — 182,4 млрд, или 76%.

Законодательная асимметрия

Поправка в Налоговый кодекс, из-за которой разгорелся спор в Совете Федерации, установила особый порядок для учета курсовых разниц по валютным долговым обязательствам (валютным требованиям) в расчете налогооблагаемой базы. По ней положительные разницы нужно признавать в доходах, а отрицательные — в расходах, только если обязательство исполнено (прекращено). Однако спецправило для положительных курсовых разниц вступило в силу с 2022 года по 2024-й, а для отрицательных — с 2023 года (в течение 2022 года отрицательные разницы нужно признавать в обычном режиме, на конец каждого месяца). Таким образом, предприятия с непогашенными обязательствами в валюте получили возможность не учитывать экономию на процентах в доходах, которая возникла из-за укрепления рубля с весны. «Как результат, прибыль меньше — налог меньше, а значит, страдает бюджет», — пояснила эксперт «Контур.Школы» Наталья Никитченко. Учет отрицательной разницы тоже может уменьшить налогооблагаемую базу (больше расходы — меньше прибыль), но аналогичная норма доступна только со следующего года.

По словам Тараканова, из-за асимметричного во времени вступления в силу норм о признании курсовых разниц для налоговых целей только при погашении возникает дисбаланс: «Прибыли остаются компаниям, <…> а убытки перекладываются на государство, то есть на региональный бюджет». Он указал, что решение об антикризисной мере принималось в тот момент, когда был скачок курса и надо было поддержать компании. «Но потом получилось так, что эти решения не были вовремя приведены в соответствие с текущей экономической ситуацией. Это привело к тому, что получаются несправедливо выпадающие [доходы] бюджетов субъектов. Дисбаланс, который надо урегулировать», — объяснил РБК сенатор.

«На сегодняшний момент не можем прогнозировать, какие мы по итогу получим бюджетные доходы, если не решить этот вопрос», — подчеркнул он.

Нюанс в том, что налог на прибыль платится авансовыми платежами, но с учетом прибыли за предыдущий квартал. «Законодатели опасаются, что налогоплательщики потребуют возврата переплаты по налогу на прибыль, который уже попал в бюджеты. Ведь этот налог рассчитывается в конечном итоге в конце финансового года, а авансовые платежи по налогу на прибыль оплачиваются в течение всего года», — отметила Никитченко. Подать декларации по налогу на прибыль за весь 2022 год компании должны в марте следующего года.

Ручное управление

Как отметил Силуанов на заседании в Совфеде, проблема известна Минфину и он обсуждает ее с крупными компаниями, а с некоторыми из них уже «найден компромисс». «Курс волатильный был. Действительно, когда курс ослаб, особенно если у компании были кредиты в валюте, то, соответственно, просел финансовый результат и расчетные размеры налога на прибыль. Сейчас ситуация обратная», — сказал министр.

По его словам, Минфин договорился с некоторыми компаниями, что они будут учитывать как отрицательные, так и положительные курсовые разницы при оценке их финансового результата: «Компании <...> уточнят свои расчеты по налогу на прибыль таким образом, чтобы в текущем году минимизировать вычеты по этому налогу для субъектов». Матвиенко скептически оценила эффективность такого ручного управления путем переговоров с компаниями: «Могут согласиться, а могут и не согласиться». «Это не создает стабильность для региональных бюджетов. Надо отреагировать системно, чтобы все регионы почувствовали результат и не потеряли доходную базу», — подчеркнула глава Совфеда.

Договоренность Минфина с конкретными компаниями — об учете как отрицательных, так и положительных курсовых разниц — противоречит нормам Налогового кодекса с мартовскими поправками, говорит Никитченко. Компании фактически встают перед выбором: следовать объяснениям Минфина или нарушить Налоговый кодекс.

Между тем возврат переплаты, которого боятся сенаторы, может быть затруднен тем, что с 2023 года компании переходят на единый налоговый платеж, отмечает эксперт. «Существует вероятность того, что переплату по налогу на прибыль просто зачтут в уплату других налогов. Но независимо от этого бюджет пострадает, ведь по факту организации не пополнят его», — предупреждает она.

На заседании Силуанов признал, что Минфин видит риски для формирования ресурсной базы региональных бюджетов — в первую очередь по налогу на прибыль. «Да, налог на прибыль — это основной источник для регионов с сильной экономикой, там достаточный запас прочности. Но все равно необходимо осуществлять предметный мониторинг исполнения бюджетов субъектов», — подчеркнул он.