В 2008 году компания приобрела 18 деревообрабатывающих станков и передала их на хранение ООО «Р».

В 2011 году в ходе осмотра компания установила пропажу 6 станков и передала оставшиеся станки на хранение в ОАО. Затем компания обратилась в правоохранительные органы с заявлением о хищении и установлении виновных лиц. В ходе расследования было установлено, что от имени ООО «Р» акт приемки на хранение подписало неизвестное лицо, не являющееся сотрудником ООО «Р». Из отказа в возбуждении уголовного дела следует, что никто из участвующих лиц точное количество и перечень переданного на хранение оборудования не проверял, так что делать вывод о его хищении преждевременно. Однако в 2014 году решение об отказе в возбуждении уголовного дела отменено с одновременным возвращением материала следователю для проведения дополнительной процессуальной проверки по данному факту.

По результатам выездной проверки ИФНС решила, что компания своевременно не отразила реализацию, безвозмездную передачу либо дарение оборудования в количестве 6 штук, следовательно, занизила налоговую базу по НДС. Инспекция доначислила НДС, пени и штраф.

Суды трех инстанций (дело № А01-25/2015) признали решение инспекции недействительным, разъяснив, что выбытие имущества в результате наступления событий, не зависящих от воли налогоплательщика (утрата имущества по причине порчи, боя, хищения, стихийного бедствия и тому подобных событий) исходя из содержания пункта 1 статьи 146 НК не является реализацией и НДС не облагается. Налогоплательщик обязан зафиксировать факт выбытия и то обстоятельство, что имущество выбыло именно по указанным основаниям, без передачи его третьим лицам.

Суды (постановление кассации Ф08-9883/2015 от 20.01.2015) установили, что компания зафиксировала факт выбытия имущества в результате незаконного изъятия. Доказательств существования договора дарения, безвозмездной передачи или реализации инспекцией не представлено. Следовательно, у компании отсутствовали основания для включения стоимости утраченных 6 станков в налоговую базу по НДС.