П. Гнуситчук, эксперт «Федерального агентства финансовой информации»

За последний год руководство нашей страны неоднократно заявляло о необходимости снижения количества проверок, которыми госорганы фактически терроризируют бизнес. По уверениям чиновников, именно на это направлен и Закон от 26 декабря 2008 года № 293-ФЗ, который должен урезонить представителей МВД, но… Без ложки дегтя на сей раз все-таки не обошлось.

Пожалуй, никто не станет спорить с тем, что появление на пороге фирмы представителей контролирующих органов – событие не из приятных. Что уж говорить о том, когда «на огонек» заходят оперативники из МВД. Ведь встреча с представителями данного ведомства сулит большие неприятности: результатом проверки финансово-хозяйственной деятельности может стать не только административный штраф, но и уголовное преследование.

Вдобавок к этому длительное время притчей во языцех остается склонность правоохранительных органов к злоупотреблениям. Ослабить нагрузку на бизнес и «убить сразу двух зайцев» призван принятый в рамках борьбы с коррупцией Закон от 26 декабря 2008 года № 293-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части исключения внепроцессуальных прав органов внутренних дел, касающихся проверок субъектов предпринимательской деятельности» (далее – Закон № 293-ФЗ). Документ вступил в силу 10 января 2009 года.

Корректировка полномочий

Одним из объектов реформирования стали положения Закона от 18 апреля 1991 года № 1026-1 «О милиции», посвященные ее правам. Во-первых, частью истории стал пункт 35 статьи 11 главного милицейского закона, который позволял «налоговым» подразделениям проводить проверки организаций и физических лиц. Как нетрудно догадаться, данные мероприятия осуществлялись при наличии достаточных данных, указывающих на признаки преступления, связанного с нарушением законодательства Российской Федерации о налогах и сборах.

Кроме того, до недавнего времени «людям в погонах» разрешалось довольно много: осматривать помещения; изучать документы, касающиеся финансово-хозяйственной и иной деятельности проверяемой фирмы; изымать образцы продукции, необходимые для проведения экспертиз; досматривать транспортные средства. Причем подобные действия могли производиться при наличии данных как о нарушениях налогового права, так и иного связанного с предпринимательской деятельностью законодательства.

Вполне логично, что итогом данных мероприятий могло стать возбуждение либо уголовного, либо административного дела. Однако пункт 25 статьи 11 Закона «О милиции», наделявший борцов с экономической и налоговой преступностью описанными полномочиями, был отменен.

Таким образом, отныне сотрудники МВД фактически лишены права проводить самостоятельные проверки хозяйствующих субъектов на предмет совершения налоговых преступлений. Они (сотрудники милиции) могут лишь участвовать в налоговых проверках по запросам фискальных органов согласно Порядку, изложенному в совместном приказе МВД № 76 и МНС № АС-3-06/37 от 22 января 2004 года. Однако не все так просто, как кажется на первый взгляд.

Процессуальные моменты

Еще один документ, фактически являющийся настольной книгой для сотрудников криминальной милиции, – Закон от 12 августа 1995 года № 144-ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности» (далее – Закон «Об ОРД»). В статье 6 данного Закона перечислены основные виды оперативных мероприятий, к которым, в частности, относятся все те же исследования документов и осмотры помещений, зданий и участков местности. Причем основанием для их проведения являются ставшие известными «компетентным органам» сведения о противоправных деяниях, если нет достаточных данных для возбуждения уголовного дела. Об этом говорится в статье 7 Закона «Об ОРД».

Более того, права, которыми наделяются «сыщики» при проведении оперативно-разыскных мероприятий (далее – ОРМ), Законом № 293-ФЗ оказались фактически расширены. Если раньше представителям МВД в ходе оперативных мероприятий разрешалось изымать только предметы, материалы и сообщения, то теперь они могут на вполне законных основаниях производить выемку документов.

Отметим, что изъятие «первички» практиковалось милиционерами и ранее. Однако данная процедура регламентировалась внутренними приказами МВД (от 16 марта 2004 г. № 177, от 2 августа 2005 г. № 636). Теперь же механизм документирования действий должностных лиц при выемке прописан в новой редакции пункта 1 статьи 15 Закона «Об ОРД».

Итак, в случае изъятия документов, предметов, материалов при проведении гласных ОРМ сотрудник милиции составляет протокол. Требования к данной процедуре установлены уголовно-процессуальным законодательством России (ст. 166 УПК).

Если при проведении ОРМ изымаются документы, то взамен изготавливаются копии, которые заверяются милиционерами и передаются представителю фирмы, лишившейся документации, о чем делается соответствующая запись в протоколе.

При невозможности изготовить копии или передать их одновременно с изъятием документов (что чаще всего и происходит), сотрудник МВД все равно должен будет передать заверенные копии бумаг владельцу, но вправе сделать это несколько позднее. На это оперативникам отводится максимум пять дней после изъятия.

В случае если милиционеры не уложатся в этот срок, им разрешено направить копии «первички» в течение трех дней по почте заказным почтовым отправлением, о чем делается запись в протоколе с указанием номера отправления. Вполне логично, что письмо направляется по адресу места нахождения компании или адресу места жительства физического лица, указанному в протоколе. Таким образом, копии изъятых документов должны быть возвращены в срок не более 8 календарных дней.

Как видим, «широко разрекламированный» Закон № 293-ФЗ на деле оказался лишь «операцией по замене мест слагаемых» и, судя по всему, мало изменит существующее положение дел. По своей сути теперь все действия милиционеров до возбуждения уголовного дела в отношении фирм и предпринимателей квалифицируются как ОРМ.

В заключение скажем пару слов об изменениях в КоАП. Описанный в «новом» пункте статьи 27.10 Кодекса механизм действий должностных лиц при изъятии документов идентичен изложенному в новой редакции «оперативного» Закона.