Инвентаризация на торговой точке, принадлежащей ООО, выявила недостачу на общую сумму свыше 12 миллионов рублей. У работодателя с работниками торгового подразделения был заключён договор о полной коллективной материальной ответственности — в соответствии с ним недостача, отнесенная на виновных лиц, составила без малого 4 миллиона рублей.

Работодатель обратился в суд (дело № 33-40891/2017) для взыскания с ответчиков материального ущерба — в частности, в исковых требованиях к заведующей торговой точкой присутствовала сумма, превышающая 1 миллион рублей. Суд первой инстанции отказал истцу во всём объёме требований, посчитав недостаточными представленные истцом доказательства.

Апелляционная инстанция распорядилась доказательствами иначе, посчитав, что к спорной ситуации применим ряд статей ТК, имеющих отношение к возмещению ущерба и коллективной ответственности (238, 241, 243 и 244). С учётом длительности работы каждого из ответчиков у истца, степени и формы вины, имущественного и семейного положения взыскиваемая сумма была снижена судом до 2 миллионов рублей. Пропорции её распределения, предложенные истцом, суд признал рассчитанными верно.

Трое из ответчиков подали кассационные жалобы в ВС. Определением от 20.08.2018 № 5-КГ18-161 решение апелляционного суда было отменено, и в силу вступило решение суда первой инстанции (то есть, в итоге фирме отказано во взыскании недостачи).

ВС выделил необходимые условия материальной ответственности: факт ущерба, противоправность действий (бездействия) работника, причинно-следственная связь между этими действиями и ущербом и вина работника в причинении ущерба. Бремя доказательства в данной ситуации возлагается на работодателя, и с этой задачей он не справился.

Представленная суду копия договора о полной материальной ответственности свидетельствует о небрежном оформлении документа — в частности, в нём не содержится полного перечня членов коллектива, принимающих условия договора, не прописаны процедуры приёма/хранения/передачи имущества, способы выявления материального ущерба, выявления степени ответственности, способы погашения недостачи/порчи, сроки действия договора. Более того, предъявленная копия не включала данных, позволяющих однозначно идентифицировать работников и понять, к какому именно договору относятся листы с личными подписями.

Суд также установил, что инвентаризация, установившая недостачу, выполнялась по произвольной процедуре, не соответствующей методическим указаниям Минфина по инвентаризации имущества и финансовых обязательств (утверждены приказом от 13.06.1995  № 49) — соответственно, под вопросом и размер причинённого ущерба. В части 2 статьи 247 ТК прописано истребование письменных объяснений работников по поводу недостачи, которое также соблюдено не было. Истец также не опроверг свидетельства ответчиков о том, что работодатель не обеспечил надлежащих условий для хранения вверенного им имущества, а это исключает материальную ответственность работников (статья 239 ТК).