Президент России выдвинул предложение освободить советы директоров компаний с государственным участием от чиновников. Эта идея, высказанная Дмитрием Медведевым 2 июля на заседании Совета законодателей по вопросам законодательного обеспечения противодействия коррупции, должна по его словам коснуться "клерков среднего звена", оставив в советах одного-двух госслужащих. Остальные занимаются в этих органах или лоббизмом, или кормлением, подчеркнул Медведев. Заменить их нужно нанятыми специалистами, независимыми членами СД, считает Медведев.

Предложения Медведева, акцентировавшего внимание на "клерках среднего звена", вряд ли коснутся крупнейших госкомпаний. В частности, речь явно не идет о многочисленных госкорпорациях, которые имеют отдельный, оговоренный специальными законодательными актами статус. Кроме того, в них, как правило, нет советов директоров как таковых, их место занимают наблюдательные советы. В такие советы к тому же входят обычно высокопоставленные чиновники, статус которых редко бывает ниже федерального министра. К примеру, во Внешэкономбанке, получившем статус госкорпорации в 2007 году, в наблюдательный совет входят Владимир Путин, Виктор Зубков, Сергей Иванов, Алексей Кудрин, Эльвира Набиуллина, Дмитрий Козак, Игорь Левитин, Виктор Христенко и председатель банка Владимир Дмитриев.

Крупнейшие акционерные общества с государственным участием также, как правило, используют в советах директоров весьма высокопоставленных лиц. Из одиннадцати членов совета директоров Газпрома действующих чиновников всего четверо, ни один из которых не подпадает под медведевское определение "клерка среднего звена". Руководит СД Газпрома вице-премьер Виктор Зубков, рядовыми членами являются два ключевых федеральных министра - Эльвира Набиуллина и Виктор Христенко. Игорь Юсуфов является специальным представителем президента РФ по международному энергетическому сотрудничеству, но определить, насколько высоким является этот статус, трудно. В Роснефти чиновников тоже не так много: помимо вице-премьера Игоря Сечина, возглавляющего совет директоров, среди членов этого органа присутствуют еще руководитель администрации президента Сергей Нарышкин и глава Федерального агентства по управлению государственным имуществом РФ (Росимущество) Юрий Петров, а к среднему звену можно причислить лишь управленца из Росимущества Глеба Никитина. Зато в ликвидированном РАО "ЕЭС России" последний совет включал в себя 15 человек, и к чиновникам можно было относить семерых: Эльвиру Набиуллину из МЭР России и замруководителя аппарата правительства Кирилла Андросова (ранее - МЭРТ РФ), Дмитрия Аханова от Росэнерго, Виктора Христенко и Андрея Дементьева из Минпромэнерго/Минпромторга, Алексея Уварова из Росимущества и Ольгу Пушкареву.

В крупных структурах присутствуют, как правило, первые лица федеральных ведомств, которых президент, видимо, трогать не собирался. В компании помельче делегируются заместители, руководители департаментов и управлений, их замы, главы отделов и т.д., вплоть до обычных "специалистов" - почти рядовых сотрудников госструктур. Часто привлекаются чиновники ФАУФИ (Росимущества) - ведомства, которое по своим основным функциям и занимается надзором за акционерными обществами с госучастием. И, по идее, лоббирование интересов своего агентства для сотрудников Росимущества и является обязанностью - в том числе, и в советах директоров компаний с участием государственного капитала.

С другой стороны, последняя правительственная реформа показала, что понятие "чиновник" является очень расплывчатым. При изменении структуры ведомств ряд руководителей не были переназначены на свои посты, что с формальной точки зрения превращает их из государственных людей в частных лиц. Хотя, если вслед за Медведевым говорить о лоббировании интересов ведомств, уход с должности не лишает человека наработанных связей и возможностей помогать экс-коллегам. Возможно, естественно, и обратное движение, когда топ-менеджер оставляет бизнес и на какое-то время уходит работать в структуры исполнительной власти. Если он в этот момент входил в совет директоров компании с госучастием (например, как представитель миноритарного акционера), то процент чиновников в СД значительно возрастает.

В результате отечественной специфики переходы управленцев из бизнеса во власть и обратно происходят достаточно часто. Поэтому не так легко найти высокопоставленного человека, всю карьеру проработавшего только в одной сфере и ни разу не переносившего трудовую книжку из госструктур в ОАО или ЗАО. Так, в том же совете директоров Газпрома число членов, никогда не являвшихся сотрудниками какого-либо министерства, госкомитета, агентства или мэрии Санкт-Петербурга, ровно двое - это заместители председателя правления компании Александр Ананенков и Михаил Середа. Даже у председателя правления E.ON Ruhrgas AG Буркхарда Бергманна был в начале карьеры некий опыт работы в немецком бундесминистерстве по исследованиям и технологиям.