В соответствии с договором об ипотеке от 30 ноября 2012 года, заключенным банком (залогодержателем) и АО (залогодателем), последним в обеспечение заемных обязательств третьего лица в залог передано нежилое здание с правом аренды земельного участка. Ипотека зарегистрирована в ЕГРП. В связи с неисполнением основным должником обязательств по кредитному договору по требованию банка обращено взыскание на заложенное имущество.

АО обратилось в суд с иском о признании договора об ипотеке недействительным и аннулировании регистрационной записи об ипотеке. Компания сослалась на злоупотребление правом прежним руководителем АО, выразившееся в передаче в залог объекта, который приобрел признаки самовольной постройки после реконструкции.

Суд первой инстанции (дело № А40-46238/2016) признал сделку недействительной, аннулировал запись об ипотеке, внесенную в ЕГРП. Суд указал на статью 222 ГК, устанавливающую запрет на распоряжение самовольной постройкой лицом, ее осуществившим. Кроме того, суд квалифицировал оспариваемую сделку как крупную и указал на отсутствие доказательств получения согласия акционеров на ее совершение (нарушение установленного статьей 79 закона об АО порядка одобрения).

Апелляция отменила решение суда, признав банк добросовестным залогодержателем, который не знал и не мог знать о нарушениях, допущенных залогодателем.

Окружной суд оставил в силе решение суда первой инстанции.

В кассационной жалобе, поданной в ВС, банк указывает на пропуск срока исковой давности и обращает внимание на то, что залоговая сделка не оспаривалась до тех пор, пока не стало очевидным вынесение судом решения об обращении взыскания на заложенные объекты. Кроме того, иск АО направлен не на признание здания самовольной постройкой, а на снятие под этим предлогом залогового обременения. Никаких мер к приведению здания в иное состояние истец не предпринимал.

Судья ВС (305-ЭС17-5571 от 04.08.2017) передал дело на рассмотрение в судебную коллегию по экономическим спорам ВС.