Наступил сентябрь, и "Власть", как всегда, предлагает экономический прогноз на начавшийся месяц. Эксперты ответят на следующие вопросы: что случится с курсом доллара к рублю, какой окажется инфляция на российском потребительском рынке, как изменятся цены на нефть, как поведут себя доллар и евро. Но сначала оценим главное экономическое событие августа.

Главным экономическим событием августа можно считать временную остановку инфляции в России. По состоянию на 22 августа с начала месяца она составила 0%. Такого результата удалось добиться благодаря тому, что, несмотря на рост цен большинства товаров, на 27,6% подешевели свежие помидоры, на 16% — свежая белокочанная капуста, на 14,4% — картофель, 13,7% — свежие огурцы. В итоге август 2016 года оказался с инфляционной точки зрения значительно успешнее августа 2015-го (тогда было 0,4%, а нынешний год продолжает быть заметно успешнее прошлого — инфляция пока составляет 3,9% против 9,8%). 

Уже в мае стало понятно, что инфляция в России очень замедлилась. По состоянию на 23 мая рост потребительских цен с начала месяца составил 0,3%, с начала года — 2,8% (к концу мая 2015-го было 8,3%). Выяснилось, что стагфляция (сочетание высокой инфляции с экономическим спадом) в отношении роста потребительских цен в России несколько смягчилась. 

К ярко выраженной стагфляции Россия перешла в первом полугодии прошлого года. Тогда по итогам первого квартала экономический спад составил 2,2% в годовом исчислении, а промышленное производство сократилось на 5,5%. Оборот розничной торговли по итогам мая снизился на 9,2% в годовом исчислении, экспорт — на 33,9%, импорт — на 40,8%, реальная зарплата — на 7,3%. Общее количество безработных в мае 2015 года было на 13,5% больше, чем в мае 2014-го. В мае 2015-го потребительские цены были на 15,8% выше, чем в мае 2014-го. По состоянию на 22 июня инфляция с начала года составила уже 8,5%. 

Термин "стагфляция" приобрел мировую популярность в 1970-е годы. В 1973 году темпы роста экономики в индустриальных странах несколько увеличились, при этом инфляция выросла гораздо больше. В США и Западной Европе она приблизилась к 10%. В мире наблюдался продовольственный кризис: с конца 1971-го до середины 1973-го мировая цена на пшеницу выросла на 75%, цена кукурузы удвоилась, цена соевых бобов утроилась. Происходил и валютный кризис, курс доллара на мировом рынке неизменно падал. Для борьбы с ростом внутренних цен на сельхозпродукты президент Ричард Никсон "заморозил" на 60 дней продовольственные цены. Впрочем, это привело лишь к исчезновению еды с прилавков, и уже через 30 дней цены были "разморожены". В итоге за год продовольственные продукты в Америке подорожали на 15%. 

Разумеется, иностранные инвесторы, оценивая нынешние перспективы развивающихся стран, вспоминают этот термин и те времена в Америке (об индустриальных странах речь не идет, так как даже в периоды спадов в нынешних условиях инфляция там практически отсутствует). При этом они могут также вспомнить парадоксальную ситуацию, когда начиная с 2009 года центральные банки одновременно США, Японии и стран еврозоны начали проводить так называемое количественное смягчение денежной политики, которое заключалось в том, что в условиях фактически нулевой ставки процента банки просто печатали деньги для покупки гособлигаций с целью не допустить дефляции, стимулировать инфляцию и тем оживить экономический рост в индустриальных странах. Однако получилось так, что инфляцию они стимулировали в развивающихся странах, поскольку напечатанные деньги устремились именно туда, исходя из того, что в развивающихся странах процентные ставки в любом случае выше, чем нулевые в индустриальных странах. 

В прошлом году в глазах инвесторов Россия, а также Бразилия, выглядели хуже остальных стран. Потому что к стагфляции добавилось еще и быстрое падение курсов национальных валют. К началу 2015-го курсы и рубля, и реала достигли исторических минимумов. Обе страны страдали от падения мировых цен на нефть, особенно Россия, являющаяся крупнейшим в мире ее производителем. 

Но в нынешнем году ситуация кардинально изменилась: с 1 февраля по 4 мая именно курсы валют России и Бразилии выросли больше остальных валют развивающихся стран. Рубль подорожал на 18%, а реал — на 17%. Инвесторы стали вкладывать деньги в эти две страны, исходя из того, что их центробанки поддерживают высокие ставки в целях борьбы с инфляцией. 

В нынешнем августе курс рубля отличался стабильностью — благодаря относительно неплохим нефтяным ценам. И это, в свою очередь, помогло обеспечить стабильность цен. Продавцы в любом случае не могли оправдать переписывание ценников (и на импортные товары, и на товары российского производства) быстрым падением курса рубля. 

И в Бразилии, и в России в нынешнем году, как и в прошлом, происходит экономический спад. Но с точки зрения инфляции (и, следовательно, стагфляции) Россия выглядит все лучше и лучше. По состоянию на начало мая инфляция в России составила 2,5%, а в Бразилии — 3,2%. По итогам июля результаты такие: в России с начала года инфляция составила 3,9%, а в Бразилии — уже 5%. 

Однако именно сохраняющаяся по итогам нынешних июля и августа относительно благоприятная ситуация с инфляцией в России может подтолкнуть иностранных инвесторов к мысли о том, что российский ЦБ, вероятно, в конце концов снизит процентную ставку с целью стимулирования производства — и тогда она со своим замедлением инфляции станет менее привлекательной.