Центр макроэкономического анализа и краткосрочного прогнозирования (ЦМАКП) рассчитал макроэкономическую оценку разных режимов денежно-кредитной политики на среднесрочную динамику курса рубля, стабильность цен и выживаемость отраслей—нетто экспортеров. В силу переоцененности курса самыми уязвимыми сейчас являются добыча нефти и газа, прочих полезных ископаемых, обработка древесины, лесной сектор, часть легкой промышленности и сектор прочего транспорта и оборудования. В долгосрочной перспективе и при заданных параметрах рисков заметного изменения курса рубля аналитики не видят.

В начале исследования, посвященного преимущественно курсу рубля в конце 2022 года и позже, авторы исследования ЦМАКП приводят три группы стран, сгруппированных по степени крепости национальных валют и их влияния на благосостояние, экономическую и инвестиционную активность. В целом чем больше переоценена национальная валюта, тем больше доля потребления в стране, чем меньше — тем больше доля инвестиций. Первая группа — страны, попавшие в «ловушку бедности» на фоне заниженного курса национальной валюты (по данным 2019 года, среди них Армения, Египет, Украина, Грузия, Пакистан). Вторая группа схожа с первой, но в силу политических и иных причин (как отмечают аналитики центра, «нормальных объяснений этому нет») они чуть больше инвестируют (это Черногория, Киргизия, Индия, Шри-Ланка, Вьетнам, Белоруссия).

«Россия скорее относится ко второй группе, но не очень уверенно. Она скорее между первой и второй»,— поясняет соавтор исследования Олег Солнцев.

Третья группа — страны с дорогими валютами (фактически вся ОЭСР за минусом Греции и Италии), которые много тратят на инвестиции и демонстрируют высокое качество жизни. «В России сейчас курс рубля переукреплен, и это путь в тупик»,— отмечает господин Солнцев.

Прежде всего текущий уровень курса (для условий 2021 года) несет, по оценке ЦМАКП, угрозу для финансов некоторых отраслей—чистых экспортеров. «Мы оценили границы терпимости отраслей к укреплению курса,— поясняют в ЦМАКП.— Но это, скорее, упражнение». Менее чем 16 руб./$ является курсом безубыточности лишь для шести наименее уязвимых отраслей: рыболовства, добычи металлических руд; производителей табака, одежды, прочей неметаллической минеральной продукции и бумаги. В диапазоне выше 16 руб./$ и до 44 руб./$ — десять отраслей, в том числе добыча угля, металлургия и химия, выпуск машин и оборудования, электрооборудования, мебели, нефтехимии и животноводство.

При курсе от 44 до 63 руб./$ страдает шесть отраслей — добыча нефти и газа, прочих полезных ископаемых, обработка древесины, лесной сектор, выпуск кожи и прочего транспорта и оборудования.

Кроме того, в ЦМАКП приводят дополнительные расчеты «автономных колебаний» показателей платежного баланса, связанных исключительно с изменениями курса рубля, обнаруживая дополнительную аргументацию в пользу контроля за движением капитала (см. “Ъ” от 25 февраля). Контроль движения в том числе важен для поддержания роста ВВП и инвестиций (арест активов ЦБ, по сути, выполняет функцию контроля капитальных потоков). После того как произойдет неизбежный реверс и курс ослабнет, капитал вернется, процентные ставки снизятся и инвестиции станут дешевле.

В результате в ЦМАКП оценили перспективы курса в двух сценариях — оптимистичном (в нем мир начинает расти примерно на 3% в год по ППС, санкции с потолком цены нефти для РФ не работают, часть поставок газа сохранена) и умеренно пессимистичном (в нем, в частности, потолок цены нефти работает, поставки газа сокращены). В первом — среднегодовой курс рубля к доллару колеблется около 70 руб./$ вплоть до 2024 года и слабеет до 84 руб./$ к 2030 году. Во втором же — он откатывается с 84,4 руб./$ в 2022 году к 80,2 руб./$ в 2024 году и слабеет до 92,7 руб./$ к 2030 году. Реальный курс рубля, согласно обоим сценариям, ослабнет не более чем на 1% в долгосрочной перспективе. «Но это условные прогнозы. Шоки курса их могут очень сильно отклонить»,— заключает Олег Солнцев.