Как правильно выйти из тени

Участники рынка аудита и налогового консалтинга отмечают: до недавних пор заказы на оптимизацию налогообложения поступали в основном с целью снизить издержки. С 2006 г. клиенты (преимущественно из сферы производства, торговли и строительства) все чаще проявляют интерес к изменению отчетности в «большую» сторону. По словам экспертов, тому есть три основные причины.

Первая: эволюция налогового законодательства. Эксперты вспоминают, что в начале 90-х гг. платить все налоги действительно означало работать себе в убыток. Но с тех пор законы существенно приблизились к реалиям рынка. По мнению ИГОРЯ ТЕУЩАКОВА, генерального директора Ассоциации «Налоги России», несмотря на отдельные неприятные исключения, такие как завышенная ставка НДС и «зарплатные» налоги, в целом налоговая система достаточно лояльна: «По сравнению с 90-ми гг., когда законопослушным компаниям предписывалось отдать государству 60-70% выручки, прогресс налогового законодательства очевиден».

Вторая причина — переход налоговых органов на более жесткие методы работы. По наблюдению ТАТЬЯНЫ БАСМАНОВОЙ, директора аудиторской группы «Капитал», налоговики пережили пору компьютерной безграмотности и сейчас активно пользуются информационными технологиями: «Если раньше передвижение денежных средств отслеживали только по документам, теперь налоговые органы выясняют IP-адреса компьютеров, с которых организация осуществляла платежи через клиент-банк, и контролируют весь процесс перемещения финансов». Таким образом, добавляет г-жа Басманова, налоговые органы борются с обналичкой: «Предполагается, если с одного IP-адреса в течение дня в нескольких направлениях идет платеж на одну и ту же сумму, работает схема обналичивания средств через фирмы-однодневки, которыми управляют те же люди, что и самой попавшей под подозрение компанией». Для выяснения IP-адреса налоговики обращаются к банкам, а те высылают официальный запрос организации-клиенту, нередко с угрозой о неисполнении платежа, если данные не будут раскрыты. Многие, поясняет Татьяна Басманова, предпочитают не идти на конфликт и предоставляют запрашиваемые сведения: «Не все понимают, что для подобных требований нужны веские основания и в большинстве случаев их невыполнение ничем не грозит — и банк, и налоговики при категорическом отказе просто переключатся на другие компании».

Наконец, третьей причиной эксперты считают стремление клиентов вывести свои организации на более высокий уровень с помощью внешних финансовых вливаний. Предприниматели, по словам г-на Теущакова, осознают, что серому бизнесу банк может в кредите отказать, а реальный инвестор согласится дать денег только при условии заведомого получения контрольного пакета. Эксперты оценивают услугу инвестиционного аудита пока как разовую — ни в одной местной компании годовое количество заказов на инвестиционный аудит не превысило десятка. Однако рынок ежегодно увеличивается на 30%, а в ближайшие год-два ожидается резкий рост спроса на услугу — прогнозируют аудиторы.
Компании меняют налоги на инвестиции

Сумма, ради которой собственник готов вывести свой бизнес из тени, в каждом случае индивидуальна. Она неизменно достаточно велика, чтобы ее невозможно было просто вынуть из оборота или подкопить; эксперты определяют пороговое значение в 25% оборотного капитала компании.

Найти золотую середину между двумя крайностями — уплатой всех возможных налогов и уходом от налогов вообще — помогает простой расчет по формуле А – В = С, где А — максимальный прогнозируемый объем привлеченных средств, В — сумма увеличения налоговых издержек «обелившейся» компании, а С — сумма, необходимая для развития бизнеса. Эксперты советуют помнить, что при переходе на белую схему показатель В возрастет непременно, а вот с А и С может так и не выгореть. Некоторые аудиторы подходят к расчетам проще — по мнению г-жи Басмановой, руководитель, решая, продолжать экономить на налогах или нет, должен ответить себе на вопрос: «За какую сумму я готов сесть в тюрьму?»

Игорь Теущаков говорит, что иногда пойти на риск компанию вынуждает меняющийся рынок: «Возьмем, к примеру, торговлю автомобилями. Раньше машины размещали как попало — новые вперемежку со старыми. Когда появилось требование выставлять новые авто в специальном шоу-руме, продавцы поделились на тех, кто испугался дополнительных расходов и ушел из бизнеса, и тех, кто привлек средства на дорогой шоу-рум и продолжил работу на освободившемся рынке».

Хотя риск — дело благородное, аудиторы все же отмечают, что представители малого бизнеса (в отличие от своих коллег из среднего дивизиона) упорно отодвигают момент «обеления». Они предпочитают улучшать собственный имидж в глазах инвесторов.

На российском финансовом рынке можно получить средства и не имея белой отчетности. По наблюдениям Татьяны Басмановой, большинство россий­ских банков готовы рассматривать какие угодно документы, подтверждающие доходность фирмы: «Если компания с явно серым балансом может предъявить доказательства собственной высокой прибыли — банку она, скорее всего, будет интересна».

Самое убедительное доказательст­во — расходы компании, подтвержденные обычной бухгалтерской «первичкой», полагает директор группы «Капитал»: «Все понимают, что компания не может потратить больше, чем имеет. По тому же принципу оценивают ВВП страны — чем выше расходы населения, тем выше, значит, и его доходы». ДЕНИС ГИЛКО, руководитель отдела аудита компании «ЛЕВЪ-Аудит», объясняет: «Как показывает практика, банк или инвестор скорее обратит внимание на убыточный завод (обладающий серьезными активами — производственными и складскими помещениями, рабочей техникой), чем на демонстрирующую сверхприбыль торговую фирму с двумя столами и одним компьютером».

Еще один успешный способ привлечения средств — проектное финансирование. Грамотно составленный прозрачный бизнес-план найдет инвестора быстрее, чем белая отчетность. «В этом году я наблюдала, как одно екатеринбургское предприятие, работающее по серым схемам, получило кредитные средства на сумму, равную собственному капиталу заемщика, — говорит г-жа Басманова. — Причем деньги выдал самый консервативный из отечественных банков — Сбербанк».

Однако эксперты не рекомендуют надеяться на вечную халяву: из-за финансового кризиса легкие кредиты вот-вот канут в Лету.

Татьяна Басманова соглашается, что есть ситуации, в которых потенциальному заемщику необходимо выйти из тени: «Иностранные инвесторы просто не рассматривают другие варианты управленческой отчетности. Они скорее откажутся от сделки, чем пойдут на конфликт с законом, — это вопрос репутации». По наблюдениям г-жи Басмановой, серым строительным компаниям удается привлечь зарубежные инвестиции под проект только при соблюдении ряда условий: «Иностранцы требуют, чтобы на месте старой серой компании создали новую, полностью белую, причем инвестор зачастую становится собственником 50% ее капитала».

Как правильно выйти из тени

Обычно у решившихся на «обеление» есть на примете инвестор или банк, предварительно выразивший готовность к сотрудничеству. Собственнику остается выбрать, как именно переводить компанию на белую схему: сразу или постепенно. Единого мнения по этому вопросу у аудиторов нет. Г-н Теущаков предлагает выходить из тени пошагово: «Если инвестора интересует производство, то на маленький магазинчик при заводе он и не посмотрит, поэтому правильнее объединить производственные предприятия в «отбеленную» структуру, а торговые точки до поры оставить как есть». Татьяна Басманова, наоборот, полагает, что постепенный переход на белую схему — неоправданный риск для клиента: «Такая стратегия с точки зрения налоговой безопасности означает, что какое-то время компания платит половину налогов. А для налоговых органов половина и полная неуплата — это одинаковое нарушение. Вот и получается: от тюрьмы сохранение черных магазинчиков не спасает, а дополнительные деньги на налоги белого производства уходят».

Очевидный и неприятный момент, с которым придется смириться при выходе из тени, — рост налоговых издержек. По оценкам Игоря Теущакова, серьезные перемены происходят в жизни компаний, привыкших работать по-черному: «Среди небольших точек по торговле алкоголем до сих пор много тех, которые совсем не платят налоги. При переходе на белую схему их издержки вырастут в разы, может, даже на порядок». Если же компания работала полулегально, то в зависимости от того, какие налоги она уплачивала на момент перехода, рост ее затрат эксперты оценивают в среднем на 15-20%.

Страх — двигатель прогресса

Досадный сюрприз для начавших новую жизнь компаний — повышенный интерес налоговых органов. Стоит заплатить больше, чем обычно, приходят проверяющие и с пристрастием изучают всю документацию за предыдущие три года работы фирмы. Аудиторы и налоговые консультанты предлагают несколько способов смягчить это давление. Г-жа Басманова рекомендует при переходе на белое налогообложение исправить «темное» прошлое компании — официально пересчитать и уплатить налоги за рассматриваемый период: «Это абсолютно законно, но затратно». Эксперты рассказывают еще об одном экономичном способе: решившая встать на «светлый» путь организация может официально закрыться, предварительно переведя средст­ва и клиентов в новую фирму — с тем же названием, адресом и профилем деятельности, но другим ИНН. Аудиторы вспоминают, что такая мера помогла нескольким компаниям уберечься от разорительных штрафов во время глобальной налоговой проверки 2007 г.

Эксперты констатируют: последние годы стали переломными для отечественного налогового законодательства, а за ним — и для всего российского бизнеса. Все началось с вышедшего в 2006 г. Постановления Арбитражного суда РФ № 53 и опубликованных ФНС годом позже «109 признаков неблагонадежности компании» (см. «Детали»). Как уточняет ВЛАДИМИР ШЕМЕТОВ, генеральный директор аудиторской фирмы «БДО Юникон ОргПром-Аудит», ужесточившаяся политика налоговых органов «затемнила» многие схемы, до сих пор считавшиеся законными: «Аутсорсинг и реструктуризацию предприятий с целью перевода некоторых частей мини-холдингов на «упрощенку» налоговики расценивают как нарушение закона и подают на компании в суд — хотя Налоговому кодексу эти схемы не противоречат». Аудиторы с сожалением констатируют, что в последнее время арбитраж в подобных делах признает правоту налоговой. «А «109 признаков» вообще напоминают попытки некоторых деятелей прошлого века определить по параметрам черепа место индиви­дуума в мире», — иронизирует г-н Шеметов. Не менее печально, добавляет он, противоречие Налогового кодекса и нашумевших документов: «Отечественное налоговое законодательство еще в стадии становления, и все эти шатания мешают ему выстроить собственную внутреннюю рабочую систему».

Эффективность ужесточившихся мер эксперты не отрицают. По их словам, в кулуарных беседах представители налоговых органов признают, что рост собираемости налогов ежеквартально превосходит самые смелые прогнозы. Однако Татьяна Басманова полагает, что на фоне таких успехов неплохо бы подкорректировать налоговое законодательство: «Сегодняшняя высокая ставка НДС обусловлена ориентацией на низкую собираемость. Так как проблему с выплатами решили, логично ожидать понижения ставки — но этого почему-то не происходит». Для многих предприятий размер НДС почти неподъемен, считают аудиторы. «Компании готовы платить 3% налога с продаж, — добавляет г-жа Басманова. — Но 18% с маржи — это перебор».

Чтобы не попасть под проверку, нужно быть разумным и осмотрительным

Обстоятельства, которые могут свидетельствовать о необоснованности налоговой выгоды:

Признаки, совокупность которых влечет обвинение в получении необоснованной налоговой выгоды:


Источник : Деловой квартал