Бухгалтер Елена Сорокина зарегистрировала свой номер телефона для подтверждения всех транзакций компании, через два месяца она уволилась, а собственник не мог получить информацию о счетах организации в течение нескольких недель. Почему необходимо избегать "незаменимых" сотрудников и как они приводят к корпоративному мошенничеству, рассказали эксперты на конференции "Право.ru" "Противодействие корпоративному мошенничеству: ключевые этапы, основные направления схем".

Синдром крестного отца 

Возможные уголовные риски, связанные с деятельностью организации, эффективно предотвращаются комплаенсом. Например, в "Вымпелкоме" существует единая система холдинга по предупреждению рисков, в частности, разработана программа мотивации каждого сотрудника, если он принимает участие в выявлении фактов коррупции. Помимо этого, существует принцип обращения к уже прошедшим проверкам перед новыми: опыт значительно сокращает время процедур. Однако одна из ключевых проблем заключена в так называемых "незаменимых сотрудниках" и партнерах. "Мы знаем, что конкретная компания не подведет, и мы "садимся на иглу". Даже проанализировав рынок и поняв, что существуют более дешевые предложения, мы хотим оставаться с менее выгодными партнерами, потому что они уже интегрированы в бизнес-процессы компании", – рассказывает Светлана Зуева, руководитель по управлению рисками экономической безопасности в "Вымпелкоме". С ней соглашается Александр Дмитриев, технический директор в "Электронном облаке". 

"Даже если вы собственник, вам необходимо погружаться в IT-процессы. Ответьте себе на вопрос: кому нужен ваш бизнес, кроме вас самих? Никому! Так, для IT-специалиста худший сценарий после возникших проблем в работе компании – это увольнение, а для организации и собственника – это более серьезные последствия и значительные убытки," - Александр Дмитриев, технический директор в "Электронном облаке".

По его словам, доверие внутри компании "своим" людям – одна из самых больших проблем: процессы и ответственные за них сотрудники нуждаются если не во внешнем аудите, то, согласно протоколу, во внутренних проверках. Дмитриев приводит пример, когда после увольнения одного из ключевых IT-специалистов в компании не было доступа к собственным серверам в течение нескольких месяцев, что привело к значительным убыткам. 

400 картелей в год 

Другая сфера, которая связана с корпоративным мошенничеством, – закупки компаний. Начальник управления по борьбе с картелями ФАС Андрей Тенишев рассказал, что ежегодно служба выявляет порядка 400 картельных заговоров. Схемы ограничения участия компаний, "откаты" за выигрыш в закупке, завышенная цена контракта – только часть возможных рисков, связанных с закупками. 

Заместитель председателя комитета по безопасности и противодействию коррупции Анатолий Выборный поднял тему уголовной ответственности для бизнеса, при этом участники конференции заявили, что подобная система для России нерелевантна. Тенишев отметил, что существующие штрафы соразмерны наказанию: так, административные санкции для одного из участников картеля превысили 900 млн руб., а суммарный штраф для всех оговорщиков превысил 2 млрд руб. "Концепция уголовной ответственности компаний работает в Штатах, но у них нет такого административного законодательства. Тем более, как это ляжет на правовую действительность? Будут ли компании реально привлекаться к ответственности?" – рассуждает Тенишев. Представитель ФАС подчеркнул, что проблема картелей касается в первую очередь регионов и небольших муниципальных образований. При этом большая часть картелей в России – сговорные. Один из самых крупных картелей включал 90 компаний, которые своими действиями распределили 1300 аукционов. "Бизнесу не нужны многомиллионные штрафы, а государство не потеряет, если на торгах будет здоровая конкуренция. Мы считаем, что предварительный контроль внутри компании – это эффективная мера, и сейчас ФАС работает над тем, чтобы наличие комплаенса в организации было смягчающим обстоятельством при возможных нарушениях и штрафах в последующем", – рассказал Тенишев.

Отмеряют семь раз

Директор управления комплаенс-контроля ГК "Дикси" Наталия Шикова рассказала о контроле закупочной деятельности в компании. Организация особое внимание уделяет управлению рисками конфликта интересов. Самыми распространенными рисками в этом случае является использование сотрудниками имущества или информации компании с целью недопустимого извлечения личной выгоды, следующий фактор – работа родственников в компании. На отдельном контроле стоит ситуация, в которой сотрудник или его аффилированное лицо может прямо или косвенно влиять на партнеров или конкурентов группы. Контроль присутствует на этапе тендерных процедур, также проводится проверка контрагентов, а еще выявляются сомнительные сделки. Стадии контроля также подразумевают антикоррупционный комплаенс в отношении поставщиков. Контрагенты компании проходят проверку при участии в тендерах, в процессе согласования сделки, а также в процессе расследования возможных нарушений и по запросу ответственных сотрудников. При этом повторная проверка проводится в отношении контрагента, если в компании сменилось руководство или изменилась другая информация. Повторные проверки проводятся через год после первой, а также при наличии подозрений.

В Avon комплексная проверка поставщика проводится каждые два года, рассказывает юридический советник компании Екатерина Коптенкова. В случае, если антикоррупционный контроль пройден успешно, то в контракт в обязательном порядке включаются антикоррупционные положения. Дополнительная проверка в отношении уже утвержденных поставщиков в Avon назначается, если поставщик предоставляет товары или услуги, о которых не раскрыл сведения в ходе комплексной проверки. Другие причины – предложение поставщика взаимодействовать с госструктурами или госслужащими. Если же компания переходит под контроль госструктуры или становится аффилированной другой организации, которая ранее не проверялась, также назначаются повторные проверки. 

Откат ли? 

На одной из самых "популярных" схем на госзакупках остановился партнер АБ "ЗКС" Алексей Новиков. В качестве типичных схем отката он назвал предложение одного участника торгов другому за вознаграждение отказаться от участия, подкуп организаторов торгов, чтобы снять конкурента с торгов по формальным основаниям, и другие. Однако сам по себе откат может квалифицироваться по двум статьям – коммерческий подкуп или мошенничество. 

"Существенное различие этих преступлений заключается в умысле. В первом случае – это хищение чужого имущества путем обмана. А во втором – в передаче или получении имущества лицом, выполняющим управленческие функции в коммерческой или иной организации за совершение определенных действий вопреки интересам компании. Следовательно, если лицо имело цель и возможность выполнить взятые на себя незаконные обязательства за вознаграждение, то оно должно привлекаться по ст. 204 УК РФ – коммерческий подкуп,"- партер АБ "ЗКС" Алексей Новиков

Последний обсуждаемый вид корпоративного мошенничества на конференции касался вывода активов из банкротящейся компании. Адвокат юридической фирмы "Ильяшев и Партнеры" Владимир Тимошин рассказал о том, как вернуть пропавшие активы в конкурсную массу. Акцент был сделан на земельных участках.

"Землю как актив считают практически "живыми деньгами", однако ожидания и реальность редко совпадают. Например, вернуть землю из паевых инвестиционных фондов считалось практически невозможным," - адвокат юридической фирмы "Ильяшев и Партнеры" Владимир Тимошин

Основные проблемы с недвижимостью связаны с тем, что нередко участки внесены в уставные капиталы обществ или в паевые инвестиционные фонды (ПИФ). Другая проблемная сфера – дробление исходных участков, а также снятие их с кадастрового учета в рамках судебных разбирательств.

Как подчеркнул Тимошин, для исключения участка из уставного капитала необходимо установить сделку, которая подлежит оспариванию, и установить лица, которые в этой сделке участвовали. Уже после оспаривания имущество можно будет вернуть в конкурсную массу. В случае с ПИФами необходимо установить бенефициаров, которые зачастую являются юридическими лицами. Для этого необходимо сделать запрос доверительному управляющему, однако адвокатский запрос в этом случае малоэффективен и необходимо добиваться запроса суда. После этого направляется требование к конечным бенефициарам о возврате участка, а после судебных тяжб актив возвращается в конкурсную массу. Как подчеркнул Тимошин, такие дела по оспариванию сделок ПИФа могут длиться от года до полутора лет.