Когда Остап Бендер приехал провести сеанс одновременной игры в шахматы, он твердо знал, что первый ход е2-е4 не грозит ему никакими осложнениями. «Остальные ходы, правда, представлялись ему в совершенном уже тумане, но это нисколько не смущало великого комбинатора».

Предоставляя участникам рынка право заключать акционерные соглашения, законодатель, как мне кажется, тоже рассчитывал на то, что главное начать, а уж дальше арбитражные суды во главе с Высшим арбитражным судом разберутся.

Например, изменения в Закон об АО предусматривают, что при заключении акционерного соглашения его стороны могут использовать предусмотренные Гражданским кодексом механизмы для обеспечения исполнения обязательств из акционерных соглашений. Для убедительности законодатель даже продублировал закрепленный в ГК принцип, в соответствии с которым сторона, чьи интересы нарушены, вправе требовать применения мер ответственности. Однако, данное благое начинание может столкнуться со сложностями при разрешении дел в судах. Дело в том, что российские суды активно используют статью 333 ГК РФ, которая позволяет суду уменьшить неустойку в том случае, если таковая явно несоизмерима с последствиями нарушения обязательства. Из этого следует, что сторона, которая требует уплаты неустойки в рамках акционерного соглашения, фактически будет еще и обязана доказать соразмерность рассчитанной ею неустойки последствиям нарушения акционерного соглашения.

Напрашивается вывод: акционерное соглашение в российском его варианте пока еще нельзя считать полноценным инструментом для урегулирования разногласий или недопущения конфликтов между акционерами как таковых. В законе много пробелов, восполнять которые будут арбитражные суды, как минимум, в течение ближайших двух лет. Однако, учитывая, что российское законодательство об акционерных обществах достаточно детально регламентировано, есть все основания полагать, что свобода, предоставляемая участникам акционерных соглашений, существенно не изменит общие принципы регулирования корпоративных отношений.

Поэтому говорить о появлении в российской правовой системе полноценной альтернативы shareholder’s agreement, заключаемом в юрисдикциях общего права, таких как Кипр, BVI и прочие, по-моему, пока преждевременно. В общем, как и раньше, «заграница нам поможет».

Маргарита Сологубенко