В пандемию риск мошенничества возрастает из-за работы в удаленном режиме.

Три из четырех российских компаний стали жертвами экономических преступлений хотя бы раз за последние три года, для некоторых из них это закончилось крушением бизнеса — такие данные приводит Group-IB. Из 10 расследований, в которых участвуют криминалисты компании, минимум семь имеют признаки отмывания денег, хищений и мошенничеств. Однако любое, даже экономическое преступление, оставляет следы, в том числе и в виртуальном пространстве. Поэтому остается шанс не только найти виновников, но и возместить, хотя бы частично, ущерб. Эксперты советуют, особенно в период распространения «удаленки», уделять больше внимания контролю за сотрудниками.

Цифровые следы

Порядка 78% отечественных компаний признали, что хотя бы раз за последние три года становились жертвами экономических преступлений, рассказали «Известиям» в Group-IB.

— С мошенничеством самых разных масштабов сегодня может столкнуться любая компания — недобросовестные заемщики, ненадежные контрагенты, корпоративные споры и коррупционные схемы могут влиять на ведение бизнеса вплоть до фатальных последствий, — прокомментировал глава лаборатории компьютерной криминалистики Group-IB Валерий Баулин.

Он пояснил, что сегодня все традиционные виды преступлений совершаются с использованием цифровых устройств. И исход дела в суде зависит от того, насколько правильно проведен анализ этих устройств и юридически грамотно закреплены цифровые улики. Выявить преступление можно за счет ревизионной проверки (изучение отчетности, корректности бухучета, выявление нарушений корпоративных процедур по одобрению сделок, расхождений фактических и учетных данных) и финансовой криминалистики (установление признаков преступлений).

Как рассказали «Известиям» в Group-IB, мошенничество может осуществляться как изнутри компании (начиная с собственников, заканчивая рядовыми сотрудниками), так и сторонними лицами. Например, в практике компании есть расследование по обращению крупного ретейлера, который захотел провести ревизионную проверку. Она выявила факт вывода активов, благодаря отражению в документах несуществующей продукции, которая никогда не существовала и не поставлялась на склады.

Еще один кейс — проблема крупного российского банка с заемщиком, который не выплачивал кредит в 3 млрд рублей спустя два года после получения средств. Задача состояла в том, чтобы проанализировать цифровые носители и доказать мошенничество. В случае с кредитом это возможно только, если получены подтверждения, что клиент изначально не собирался отдавать деньги банку.

Еще одно распространенное преступление условно называется «аферы с российской нефтью». Эта интернациональная масштабная схема включает в себя создание поддельных веб-сайтов для различных воображаемых российских нефтяных, энергетических, минеральных, агрохимических, газовых и угольных компаний. Для поддержки мошенничества также создаются фальшивые порталы российских министерств, ассоциаций, банков, юридических фирм и судоходных компаний. Также злоумышленники часто выдают себя и общаются с жертвой от имени реально существующей крупной нефтяной компании, потенциально вводя ее в заблуждение.

Такие преступления совершаются группой высокопрофессиональных мошенников: специалистов по финоперациям, иногда это сотрудники банков, дропов (обналичивают деньги в банкоматах), а также аферистов, которые размещают объявления о товаре, ведут переговоры по переписке, подделывают документы, рассказали специалисты.

Цель состоит в том, чтобы побудить жертву уплатить аванс за несуществующие товары. Многие мошенники требуют предоплату или комиссию от $30 тыс. до $150 тыс. Естественно, никакие товары никогда поставлены не будут. Эта схема достаточно распространена, причем в последнее время случаи ее использования участились. Как пояснили в Group-IB, дело в том, что некоторые банки при перечислении денег на расчетный счет компании не сверяют ее ИНН с указанным в платежном поручении. Злоумышленники регистрируют фирму-однодневку с таким же названием, как у реально действующей компании, а заказчику для платежа присылают реквизиты настоящего контрагента — за исключением расчетного счета. Он принадлежит мошенникам.

Не доверяй и проверяй

Проблема с экономическими аферами, действительно, распространенная, считает член Экспертного совета ФАС по защите конкуренции на рынке финансовых услуг Андрей Моисеев.

— Думаю, что приведенная статистика верна, могу судить по своему опыту, — отметил он. — При этом смыслом мошенничества всегда является имитация правомерности, а также сваливание «вины» на потерпевшую сторону. В этом случае сам потерпевший не стремится обращаться в органы. Кроме того, могут выявится и шероховатости в деятельности самого заявителя.

Однако, уверен эксперт, потерпевшим обязательно надо обращаться в суд и включать факты в дело о банкротстве.

— Репутация у этого пути не самая положительная, а зря. По практике могу сказать, что путем оспаривания тех же самых подозрительных сделок можно скопить неплохую конкурсную массу. Если удастся привлечь хорошего специалиста по банкротству, то шансы вернуть деньги увеличиваются, — посоветовал Андрей Моисеев, добавив, что также потерпевшим обязательно нужно обратиться в правоохранительные органы.

Основатель аудиторско-консалтинговой группы компаний «Бизнес Эксперт» Марина Дяченко также рассказала, что в последние годы действительно увеличилось число преступлений в сфере экономики, связанных с фактами мошенничества (недобросовестные поставщики и покупатели), возросло и количество судебных споров гражданско-правового характера.

Опрошенные «Известиями» эксперты отметили, что проблема в выявлении экономических преступлений заключаются в их латентности и растянутости во времени.

— Как правило, хищение происходит постепенно, сначала, скажем, выводится треть средств, предоставленных, к примеру, инвестором. Это и логично: организация должна еще существовать какое-то время, поддерживая вид «живой» и финансово здоровой, — уточнил Валерий Баулин.

По его словам, подделать могут даже отчеты по операционной деятельности. Однако, рассказал эксперт, есть признаки, которые косвенно свидетельствуют, что с компанией не всё в порядке: если она не вышла в срок на окупаемость, не исполняет принятых на себя обязательств перед контрагентами, у нее высокая себестоимость и растущая долговая нагрузка. Поэтому специалисты рекомендуют проводить контрольные проверки как своего бизнеса, так и контрагентов.

— Не надо бояться того, что подумают партнеры, будут ли оскорблены недоверием. Бизнес должен быть контролируемым процессом, — подчеркнул эксперт.

Доцент кафедры гражданско-правовых дисциплин РЭУ им. Г.В. Плеханова Иван Денисов согласен, что и на экономические преступления распространяется принцип профилактики — лучше предупредить, чем бороться с последствиями. По его мнению, угроза может исходить не только от партнеров, но и от сотрудников компаний, особенно в условиях удаленной работы и использования собственных технических устройств. В Group-IB также отметили, что достаточно часто работники втянуты в преступные схемы, поэтому необходимо уделять должное внимание оценке системы внутреннего контроля и системе управления рисками компании.