Ш. являлся акционером компании (96,25 % акций) и директором по трудовому договору. На основании протоколов общих собраний акционеров за 2013, 2014  и 2015 годы ему выплачено более 8 млн рублей в качестве дивидендов, которые были отражены в оборотно-сальдовых ведомостях по счету 75.02 «Расчеты с учредителями».

По результатам выездной проверки управление ПФ доначислило компании страховые взносы, пени и штраф, решив, что эти выплаты не являются дивидендами и подлежат обложению взносами. Согласно данным отчетности в периоды выплаты дивидендов прибыль у компании отсутствовала. Размер убытка в 2013 году составил более 33 млн рублей, в 2014 году  –  35 млн рублей, в 2015 году – 39 млн рублей.

Компания пояснила, что применяла такую модель дивидендной политики как постоянные дивиденды. Прибыль направлялась на развитие компании, увеличивала совокупное имущество акционеров и стоимость активов, приходящихся на одну акцию. С данной точки зрения дивиденд –  это не весь доход акционера, а лишь та его часть, которая может быть извлечена и направлена на текущие личные цели собственника без угрозы уменьшения будущих доходов.

Суд первой инстанции (дело № А32-56933/2017) отменил решение управления, сославшись на наличие у Ш. акций и уплату им налога с полученных дивидендов.

Апелляция и кассация (Ф08-9053/2018 от 31.10.2018) с этим не согласились, поскольку пункт 2 статьи 42 закона об АО предполагает источником выплаты дивидендов прибыль после налогообложения, то есть чистую прибыль, которая определяется по данным бухгалтерской отчетности. Поскольку дивиденды платились на фоне убытков, суды признали выплаты доходами в рамках трудовых отношений, облагаемыми взносами.