23 сентября 2016 года ИФНС приняла решение о предстоящем исключении компании из ЕГРЮЛ как недействующего юрлица в связи с непредставлением отчетности и отсутствием движения по банковским счетам в течение 12 месяцев (пункт 2 статьи 21.1 закона от 129-ФЗ о госрегистрации юрлиц и ИП). Сообщение было опубликовано в вестнике госрегистрации. Поскольку заявлений от кредиторов и заинтересованных лиц не поступило, 27 января 2017 года компания исключена из ЕГРЮЛ.

7 июня 2017 года учредитель и руководитель компании обратился в суд с иском о признании ликвидации незаконной.

Суд первой инстанции (дело № А06-4718/2017) отказал в удовлетворении иска, указав, что компания отвечала всем признакам юрлица, фактически прекратившего свою деятельность.

Апелляция и кассация отменили решение суда, разъяснив, что регистрирующий орган не может исключить лицо из реестра лишь по формальным основаниям. Наличие указанных признаков влечет исключение юрлица из реестра только в случае фактического прекращения деятельности. В данном случае в период, предшествующей исключению из ЕГРЮЛ, компания находилась по месту регистрации, оспаривала свои интересы в арбитражный судах. Так, решением суда от 7 ноября 2016 года инспекции отказано в удовлетворении заявления о признании компании банкротом по признакам отсутствующего должника. Решение суда вступило в законную силу. Представитель фирмы присутствовал в суде. Также в суде находится дело по иску компании по вопросу оплаты выполненных подрядных работ.

Кассация (Ф06-33721/2018 от 18.06.2018) указала, что формальный подход для принятия решения об исключении компании из ЕГРЮЛ при фактическом ведении деятельности не может быть признан законным.