Локальная сеть, единый товарный знак и общие учредители – не всегда дробление бизнеса
© Fishki.net

В 2012 - 2013 годах ООО «А» занималось розничной торговлей медицинскими товарами и применяло общую систему налогообложения. В январе 2014 года учредители компаниии создали ООО «Б» и «И» и перевели в них часть работников ООО «А». Офисы компаний располагались по одному адресу. Все фирмы использовали единую систему лояльности покупателей (единые дисконтные карты, подарочные сертификаты, единую базу клиентов). Компьютеры фирм были соединены в одну локальную сеть с единым сервером, при дистанционном банковском обслуживании использовался один IP-адрес и номер телефона для принятия смс-оповещений от банка. Вновь созданные компании применяли спецрежимы – ЕНВД и УСН.

По результатам выездной проверки ИФНС доначислила налог на прибыль, НДС, пени и штраф, указав на неправомерное разделение аптечного бизнеса на три фирмы. Инспекция считает, что увеличение в 2014 году чистой прибыли от аптечного бизнеса и дивидендов произведено за счет снижения налогового бремени, то есть налоговой выгоды.

Суды трех инстанций (дело № А19-6999/2017) отменили решение налоговиков, установив, что не весь штат спорного контрагента был сформирован из переведенных работников налогоплательщика. Все компании независимо друг от друга несли налоговое бремя, исполняли принятые перед физическими и юридическими лицами обязательства. Целью разделения бизнеса являлась его подготовка к продаже по частям, необходимость улучшения управления бизнесом по ряду причин, в том числе в связи с ухудшившимся состоянием здоровьем основного учредителя.

Суды разъяснили, что наличие одной локальной сети не является доказательством того, что компании имели доступ к сведениям о деятельности друг друга. Вновь созданные фирмы использовали бренд налогоплательщика на основании лицензионного договора. Целью использования одного сайта являлось получение наибольшего дохода от продажи товара в аптеках, экономии расходов по созданию и эксплуатации сайта. Компании совместно участвовали в программах лояльности на основании заключенных договоров. 

Суды (постановление кассации Ф02-1906/2018 от 22.05.2018) признали, что действия по созданию новых фирм имели разумные экономические и деловые цели, были направлены на получение экономического эффекта в результате реальной предпринимательской деятельности.