В ходе выездной проверки ИФНС установила, что ООО «Д» созданы ООО «С» и «М», в которые формально были переведены работники ООО «Д». Денежные средства поступали контрагентам только от ООО «Д» с назначением платежа «заём», который оплачивался взаимозачетом по актам, связанным с договорами аутсорсинга. Свободные денежные средства у контрагентов отсутствовали, все поступившие средства направлялись на выплату зарплаты и оплату банковских услуг. НДФЛ и страховые взносы контрагентами не уплачивались.

В феврале 2013 года контрагенты объявили себя банкротами. При этом их задолженность перед работниками не установлена, что свидетельствует о выплаченном работникам доходе в полном объеме. Инспекция признала ООО «Д» налоговым агентом в отношении работников, переведенных в ООО «С» и «М», указала на недобросовестность ООО «Д» и создание искусственной ситуации, направленной на получение необоснованной налоговой выгоды в виде неуплаты НДФЛ.

В результате инспекция доначислила НДФЛ за 2012 год на основании справок 2-НДФЛ, представленных в инспекцию контрагентами, а за 2013 год - на основании лицевых счетов, которые переданы в архив района для хранения после банкротства контрагентов.

Частично отменяя решение инспекции, суд первой инстанции (дело № А71-1861/2016) указал, что факт выплаты заработной платы за 2013 год, кроме лицевых счетов, иными доказательствами не подтвержден. С доначислениями за 2012 год суд согласился.

Апелляция признала законным решение инспекции в полном объеме, указав, что необходимые сведения для исчисления НДФЛ лицевые счета содержат. Доводов о том, что зарплата не выплачивалась, выплачивалась в другом размере, компанией не представлено. Кассация (Ф09-12025/2016 от 26.01.2017) выводы апелляции поддержала.