Как стало известно РБК daily, за последние два года Федеральная налоговая служба (ФНС) более чем в полтора раза улучшила собираемость налогов в ходе процедуры рассмотрения дел о несостоятельности компаний. Это следствие нестабильности экономики из-за кризиса, говорят эксперты.

«За 2011 год в ходе дел о банкротстве с участием ФНС было погашено задолженности на сумму 8,07 млрд руб., что на 1,8 млрд руб. больше, чем за 2010 год, в котором было взыскано 6,27 млрд руб., и на 2,93 млрд руб. больше, чем за 2009 год, в котором удалось собрать 5,14 млрд руб.», — рассказал РБК daily глава управления урегулирования задолженности и обеспечения процедур банкротства ФНС Георгий Колташов.

Старший партнер «Пепеляев Рустем» Рустем Ахметшин связывает такое повышение эффективности фискалов с финансовым кризисом. «Это и вынуждает налоговиков использовать процедуру банкротства чаще», — говорит юрист. «Существуют разные схемные моменты, когда недобросовестные компании, прикрываясь ширмой кризиса, используют процедуру банкротства, чтобы не расплачиваться с кредиторами», — не соглашается председатель комитета по экономике московского отделения организации «ОПОРА России» Алексей Каневский, добавляя, что этот тренд более чувствительный, чем банкротство непосредственно от кризиса.

Г-н Колташов отмечает, что ФНС пристально следит за привлечением к ответственности органов управления компаний, которые доводят предприятия до преднамеренного банкротства. «Если за период с 2004 по 2008 год органы управления были привлечены к ответственности в сумме 333,5 млн руб. по 137 делам, то в 2011 году эта сумма составила 9,6 млрд руб. по 9013 делам, а в целом с 2004 года привлечено к ответственности за доведение до банкротства на сумму более 15,1 млрд руб. по 13 862 делам», — указывает чиновник.

«При работе судьей я часто сталкивалась с такими ситуациями, когда мне и моим коллегам приходилось привлекать к субсидиарной ответственности (право взыскания неполученного долга с другого обязанного лица, если первое лицо не может его внести. — РБК daily) руководителей и учредителей должника за неправомерные действия, повлекшие банкротство», — рассказала РБК daily экс-судья Калужского арбитража, кандидат юридических наук Юлия Литовцева. Но, по ее ощущениям, большую часть заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности подавали не налоговые органы, а арбитражные управляющие.

Привлечь органы управления или учредителей к субсидиарной ответственности на практике бывает очень сложно, говорит глава отдела проектов по антикризисному управлению АКГ «МЭФ-Аудит» Константин Городилов. «Бывает, что прежде чем устраивать преднамеренное банкротство, недобросовестные бизнесмены передают собственность компаний маргинальным лицам, от чьего имени и происходят все противоправные действия, связанные с ликвидацией юрлица», — сетует он.

«В последние годы налоговые органы действительно улучшают свои показатели, что замечают многие юристы. Наблюдается четкая тенденция по улучшению администрирования собираемости налогов по итогам контрольных мероприятий. Но налоговый орган в некоторых случаях действует формализованно, не разбираясь в фактических обстоятельствах, что может повлечь за собой необратимые негативные последствия для добросовестных компаний, работающих в реальном секторе экономики», — резюмирует партнер юркомпании «Налоговик» Дмитрий Липатов.