Отсутствие на момент проверки организации по юридиче­скому адресу само по себе не может служить основанием для отказа в предоставлении вычетов по НДС по мотиву несоответствия счетов-фактур требованиям статьи 169 НК РФ.

Организация указывает в счетах-фактурах адрес своего местонахождения в соответствии с учредительны­ми документами, что и было сделано в данном случае. Такой вывод содержится в постановлении ФАС Москов­ского округа от 30.11.2010 № КА-А41/15250-10.

Организация обратилась в суд с заявлением о при­знании недействительным решения налогового органа об отказе в возмещении суммы НДС, заявленной к возме­щению, с обязанием возместить НДС по уточненной нало­говой декларации за II квартал 2008 года. Удовлетворяя данные требования, судьи первой и апелляционной ин­станций исходили из незаконности обжалуемого решения инспекции и нарушения прав налогоплательщика.

Арбитры при рассмотрении дела выяснили, что ин­спекция по результатам камеральной проверки уточнен­ной налоговой декларации по НДС за указанный выше период привлекла организацию к ответственности за со­вершение налогового правонарушения и отказала в воз­мещении заявленной суммы НДС. Одним из оснований для вынесения решения послужил вывод инспекции о том, что налогоплательщик нарушил положения пункта 3 статьи 26 Федерального закона от 08.08.2001 № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и инди­видуальных предпринимателей».

Налоговый орган установил, что организация по адре­су, указанному в учредительных документах, не находится. Общество указало юридический адрес на основании до­говора аренды части нежилого помещения. При этом ин­спекция не доказала того, что налогоплательщик вел себя недобросовестно либо неосмотрительно при заключении данного договора и указании в учредительных докумен­тах соответствующего адреса.

Судьи отметили, что  обществом со­блюдены все необходимые условия для применения вы­четов в заявленном размере.

Налоговый орган ссылается на то, что из полученного ответа от инспекции по месту постановки на учет контр­агента налогоплательщика следует, что продукция, отгру­женная контрагентом в адрес общества, первоначально была приобретена им у поставщика по договору постав­ки. Датой внесения записи в ЕГРЮЛ о поставщике по до­говору поставки от 26.05.2008 является 28 мая 2008 го­да. В связи с этим налоговый орган пришел к выводу о том, что контрагент налогоплательщика не мог заклю­чить договор поставки с указанной организацией ранее государственной регистрации последней.

Суды указали, что инспекция не вправе ссылаться на данное обстоятельство как на одно из оснований для от­каза обществу в предоставлении вычетов, поскольку вза­имоотношения контрагента общества с поставщиком не могут влиять на право налогоплательщика, не являвшего­ся стороной упомянутой сделки, использовать предусмо­тренные законом вычеты.

Инспекция в оспариваемом решении также ссылает­ся на то, что в договоре поставки от 05.06.2008, заклю­ченном между обществом и его контрагентом, указаны реквизиты расчетного счета налогоплательщика, откры­того в банке 4 июля 2008 года, то есть позднее, чем был подписан договор. Однако из материалов дела следует, что счет в банке был открыт не 4 июля 2008 года, а 4 ию­ня 2008 года, что подтверждается договором банковско­го счета от 04.06.2008.

Налоговый орган отметил, что отсутствуют товарно-транспортные накладные, подтверждающие перемеще­ние товара от контрагента к обществу. Но налогоплатель­щик объяснил это тем, что он не вступал в договорные отношения с организациями-перевозчиками, а приобре­тенный товар вывозился со склада поставщика на осно­вании счетов-фактур и товарных накладных.

Ссылки инспекции на отсутствие у налогоплательщи­ка складских помещений также не могут быть приняты во внимание. Контрагент налогоплательщика, не имея соб­ственных складских помещений, заключил договор арен­ды складских помещений с арендодателем, у которого в свою очередь заключен договор аренды с другой орга­низацией, являющейся собственником этих помещений. Организация представила данный договор в налоговый орган вместе с разногласиями на акт камеральной про­верки, несмотря на то что она не связана договорными отношениями с арендодателями своего контрагента.

Следовательно, отсутствие складских помещений не может свидетельствовать о недобросовестном поведе­нии налогоплательщика при применении налоговых вы­четов.

Довод инспекции о выставлении представленных на проверку счетов-фактур с нарушением закона из-за ука­зания в них неполных сведений об адресах контрагентов также является несостоятельным.

Судьи указали, что счета-фактуры позволяют опреде­лить участников и все необходимые параметры сделок, включая наименование и количество товара, его стои­мость и сумму НДС, подлежащую уплате.

Налоговый орган не опровергает реальный характер хозяйственных операций. Кроме того, налоговая инспек­ция не представила доказательств недобросовестности налогоплательщика либо доказательств получения им не­обоснованной налоговой выгоды в результате противо­правного сговора со своими контрагентами. Таким обра­зом, суд признал решение налогового органа неправо­мерным.